Иркутские объявления Новое в иркутских объявлениях:
БЛОГИ
  • Только хорошие новости: каток в форме воздушного шара в Листвянке, спасение парня из оврага и спортивные победы

    Вы когда-нибудь пробовали жить на два дома? Уверена, что найдутся те, кто ответит «да». И, на первый взгляд, это не так-то и сложно, если эти самые два дома находятся в одном городе. А если в двух разных городах, или, возьмем больше – в двух странах? Тогда все усложняется многократно, но и жить так в какой-то мере интереснее. Разные люди, разные события, разные улицы и даже климат – тоже разный. Где-то, как в Иркутске, весна уже, считай, пришла, а где-то еще запаздывает. Где-то совсем нет снега, а где-то из него можно строить стены. Но главный бонус – это, конечно, культурная жизнь. Ведь, находясь попеременно в двух культурных центрах, получаешь возможность сходить на большее количество концертов, выставок, спектаклей. А еще, что касается Иркутска, то он примечателен тем, что отсюда всегда можно уехать в какое-то прекрасное место, причем буквально за пару часов. И, наконец, главное: друзья. Они есть в каждом городе, но где-то их неизменно больше. А значит, и положительные эмоции можно смело умножать на два. Поэтому, если вдруг перед вами встанет выбор – жить ли на два города, то не сомневайтесь. Это, правда, порой бывает немного трудно, но зато так интереснее, а значит, и счастья больше. А теперь – к хорошим новостям, тем более, что на носу День защитников Отечества.

Гуси спасли Рим, а адмирал Колчак спас Иркутск.

«Что за бред?» – спросит читатель и обоснованно предположит, что автору видимо хочется что-нибудь ляпнуть в связи с недавним столетием расстрела А.В. Колчака, а неизлеченная жизнью склонность к снобизму заставляет его ляпать что-нибудь «этакое». Пусть так, но я готов обосновать тезис о спасительной роли Колчака – правда, не самого Колчака, а его расстрела – в истории славного города И.

 

Хотел назвать эту колонку «Месторождение честных государственников или бренд, который утонул». Однако от таких сложносоставных названий-заголовков за версту веет даже не двадцатым, а девятнадцатым и восемнадцатым веками. В общем, не стал. Пусть будет по-современному – если не из трех букв, то из трех слов.

 

Политологи-невротики сообщают, что 15 января в России то ли уже произошел, то ли только начался «государственный переворот». И это все в неспокойных условиях обсуждения попытки государственного переворота 1825 года. Я про интеллигентский кипеш и ажиотаж вокруг фильма «Союз спасения» – отличной истории о неудачной попытке дружеской компании молодых плейбоев замочить высокопоставленного мачо. Сейчас же речь о том, что Верховный Суверен объявил о поправках в Конституцию, в основной закон страны. Спешно собрана команда «конституционных костоправов» – люди работают, обливаясь ручьями государственного пота. К роялю Мацуева приставлен калаш Прилепина, где-то тревожно каркает ворона.

 

Обсуждать тему уличных переименований в Иркутске это все равно, что брать в руки оголенные провода, не зная, под напряжением они или нет. Пожалуй, в последние годы насчет конкретно этих проводов ясность все-таки наступили – «уличные» провода в Иркутске всегда под напряжением. Любого, кто за переименование, ревнители советского будут пыжить (по крайней мере, в социальных сетях) так, что он сам себя не узнает.

 

Когда Транссиб был достроен, благодарные иркутяне решили увековечить императора, подписавшего указ о его строительстве – Александра III, который, правда, к этому времени уже давно лежал в гробу. Злые языки поговаривали, что действующий на тот момент генерал-губернатор Пантелеев желал таким образом прогнуться перед Николаем II (мол, мы, иркутяне, да на свое бабло, да памятник вашему папашке героическому, безвременно усопшему...). Сами иркутяне по легенде собирались ставить памятник Михаилу Сперанскому, но губер убедительно объяснил им, что с точки зрения требований политического момента Сперанский никуда никому не уперся. Аргументы подействовали, купечество скинулось. Дело было в 1902-1903 гг. В 1908 году памятник торжественно открыли.

 

Хороших, тем более, веселых новостей из Иркутской области нет, и не предвидится – вся страна в курсе случившихся у нас страшных наводнений. Писать что-то драматическое или пафосно-мотивационное, уж простите, не хочется. Боюсь сфальшивить. Покопаюсь лучше в губернаторской истории нашего края. Есть в ней сюжет, который не очень известен, но который кажется мне по-своему уникальным.

 

Судья Конституционного суда Константин Арановский высказал особое мнение, что Россия не является правопреемницей СССР в части «реабилитации жертв беззаконных советских репрессий». Позиция изложена в документе, опубликованном на сайте ведомства.

 

Конечно, жизнь сейчас веселее, чем при Леониде Ильиче. Но в смысле бытовом так называемый «путинский застой» считают похожим на брежневский. Говорят, что уровень жизни рядового человека нынче так же буксует, как и в 1970-е, а знатоки экономической науки добавляют, что и ВВП стагнирует сходным порядком.

 

Это еще одна иркутская история, слегка переплетенная с историей моей семьи.

Герой этого текста пусть будет назван просто NN. Он умер больше четверти века назад, но, как говорится, остаются родственники. Называю его NN и с некоторой суеверной надеждой. Кто не без греха, быть может, кто-то и после того, как не станет меня, публично поминая мои грехи, пощадит моих родственников и заменит мое ФИО на NN. Впрочем, желающие и любопытствующие, заинтересовавшиеся, о ком тут идет речь, могут, как говорят в фейсбуке, поинтересоваться «в личке». Сразу предупрежу, что отвечу только лично и хорошо знакомым людям.

 

 

Сначала кое-что из преподской жизни. Одна из преподаваемых мною дисциплин предполагает работу студентов по «моделированию будущего». Студенты крутят-вертят «мир в 2050 году» в нескольких заранее оговоренных параметрах-измерениях - общественные ценности, стили жизни, мораль, межпоколенческие отношения, образование, приоритеты в воспитании, религия… Одна из групп использовала в этом году в презентации темы «религия в 2050 году» парочку ярких картинок (которые, что называется, для привлечения внимания). Картинки были остроумные, но я искренне и на всякий случай посоветовал студентам не выставлять эти картинки в своих аккаунтах. Можно влететь под преследование за «оскорбление чувств верующих». И сообщил, что подобные случаи это вполне себе близкая к нам реальность - в нашем Иркутске судят 21-летнего Дмитрия Литвина именно за это. Еще спросил: «Как вы думаете, а в 2050 году преподаватели будут давать подобные советы студентам или тогда можно будет не бояться ничего такого?»

 

Никогда еще в нашей стране не был столь популярен Сталин. Это следует из результатов опроса «Левада-центра», согласно которым 41% россиян относятся к вождю с уважением и 70% считают его деятельность положительной. Вывод, казалось бы, однозначен: в России живет злобный народ-сталинист, мечтающий о массовых казнях и лагерях.

 

Речь сегодня пойдет о «герое Сибири», который никаким «героем Сибири» не считается, да и «героем России» его почитают очень немногие. Эта колонка – скромная попытка воздать должное, сказать «спасибо за Сибирь» человеку, который умер больше четырехсот лет назад. Хочу сразу огорошить читателя – речь пойдет о Борисе Годунове. Да-да, о том самом, который «мальчики кровавые в глазах».

 

Сергей ШМИДТ - аналитика

Десять лет назад в славном городе Иркутске не стало славного «дома на ногах». Помянем.

 

Год столетнего юбилея Великой российской революции практически на исходе. Признаться, не таким я его ожидал. Я не из тех, кто полагает, что власть и страна постарались замолчать или заболтать этот юбилей. Но, разумеется, я ждал чего-то большего, чем риторические сражения вокруг фильма «Матильда», кинокомиксовый сериал «Троцкий» и чудовищная по качеству реэкранизация «Хождений по мукам». Мне, например, казалось, что действующая власть, позиционирующая себя в качестве надежной гарантии от ужасов революций и гражданских войн, именно в этой теме черпающая свою символическую легитимность, не упустит возможности лишний раз «окончательно продемонстрировать», что при ней и благодаря ей закончилась гражданская война в России. Пусть на сомнительной (хотя и яркой) ноте: «Крым – наша земля! Америка – наш враг! Путин – наш президент!» - но закончилась. Думал, например, что с пышной помпой и с участием президента будет открыт всероссийский памятник всем жертвам гражданской войны, и красным, и белым, что события столетней давности будут объявлены общенациональной трагедией, а не позором и не гордостью. Ничего такого не произошло.

 

Есть одна «иркутская история», которая не очень известна иркутянам. А она забавная - литературная-культурная, мистическая и иркутская одновременно.

В 1797 году родился в Иркутске Иван Калашников. Тимофеевич – по папеньке. Папенька у него был человек служилый и пишущий одновременно. Оставил интересный автобиографический текст - «Жизнь незнаменитого Тимофея Петровича Калашникова, простым слогом писанная с 1762 по 1794 год». Ну и отечеству служил, как было принято в те времена. Канцелярским чиновником – в Забайкалье, потом в Иркутске. В Иркутске и появился на свет герой этой заметки.

 

 

Все, кто старше 35-40 лет, застали времена, когда Сибирь была гигантской стройкой будущего. Можно бесконечно перечислять индустриальные объекты, которые тут возводились, или ограничиваться перечислением только объектов-гигантов, но главное заключалось в том, что здесь строилось будущее как таковое. Мне с детства казалось и до сих пор кажется, что даже памятники Ленину в Сибири были какие-то особенные. В том смысле, что если в левоУральной России Ленины прославляли славное (революционное) прошлое, то в правоУральной они были памятниками самому будущему.

 

Вчера был день рождения Вадима Мазитова – иркутского рок-музыканта, хорошо известного многим иркутянам, которым за сорок. Вадиму исполнилось бы 56 лет. О том, насколько Мазитов и песни группы «Принцип неопределенности» известны за пределами Иркутска, рокерские и околорокерские иркутяне любят поспорить. Мне эти споры не очень интересны, плюс ко всему я испытываю что-то вроде ненависти к жанру «лирической мемуаристики», поэтому позволю себе реализовать давно задуманное – рассказать о Вадике Мазитове один сюжет, который никак не будет вязаться с его героическим рок-музыкантским образом. Это будет история о том, как иркутский рокер Вадик Мазитов навсегда закрепился в лекциях университетского препода разных политических дисциплин, то есть в моих лекциях.

 

Были в XIX веке в славном генерал-губернском городе И. триумфальные ворота. Да не одни, а целых две штуки.

 

Время от времени всякий уважающий себя иркутянин должен отвлекаться от дел насущных и закапываться в какую-нибудь социальную философию, художественную литературу, историческую науку, либо просто в мемуаристику с целью выискивания там каких-нибудь новых свидетельств уникальности Сибири вообще и города И. в частности. Ибо полутора абзацами из Чехова, которые остокобылили иркутянам круче, чем кантовское звездное небо с нравственным законом жителям Калининграда, вечно сыт не будешь.

 

Это последняя моя колонка в уходящем году. Пожалуй, обойдусь в ней без обычных «итогов года» и новогодних поздравлений, и вот почему.

В минувшую субботу исполнилось 190 лет восстанию декабристов. Формально это восстание может быть отнесено к категории т.н. «дворцовых переворотов», многие историки дореволюционной России так его и интерпретировали. Однако, в отличие от переворотов, оно имело слишком открытый характер – противостояние на Сенатской площади – а уж по своим последствиям в виде влияния на общественную мысль с дворцовыми переворотами просто несопоставимо.

 

В иркутских кинотеатрах демонстрируется фильм Стивена Спилберга «Шпионский мост». В основе сюжета не столько шпионская история, сколько история знаменитого обмена советского разведчика (для американцев – шпиона) Рудольфа Абеля, пойманного американцами, на летчика разведывательного самолета (для нас – самолета-шпиона) U-2 Фрэнсиса Пауэрса. Абеля в 1957 году арестовали агенты американского ФБР, что свидетельствует о силе американской тайной полиции. Три года спустя Пауэрса, после того, как он парашютировался со сбитого самолета, поймали колхозники уральской деревни Косулино, что может быть истолковано как свидетельство силы и крепости советского гражданского общества в те времена.

 

Новый весенне-летний сезон стартует на объектах отдыха Кругобайкальской железной дороги. Новинкой сезона станет тематический квест «Золото Колчака». Суть интеллектуально-подвижной игры заключается в поисках условного клада и напоминает туристическое ориентирование, сообщает Восток-Телеинформ со ссылкой на пресс-службу ВСЖД.

 

Участники сибирской части современного исследовательского проекта «Маршрутами Великой Северной экспедиции» прибудет 13 февраля в Улан-Удэ. Он повторяет путь следования путешествия Витуса Беринга и его сподвижников, сообщает Восток-Телеинформ со ссылкой на пресс-службу главы и правительства республики.

 

25-26 августа в Бурятии пройдёт торжественное открытие верстовых столбов в рамках туристического маршрута «По дороге декабристов». Столбы в честь известного перехода каторжан в 1830 году из Бурятии в тюрьму Петровского Завода в соседнем регионе установлены в Мухоршибирском, Хоринском, Еравнинском и Тарбагатайском районах Республики Бурятия и на Верхней Березовке в Улан-Удэ.  Об этом сообщает Восток-Телеинформ со ссылкой на организаторов.

 

В России ровно 25 лет назад произошло обвальное падение курса национальной валюты, которое окрестили «черным вторником», — курс по отношению к доллару на торгах на Московской Межбанковской валютной бирже за один день упал с 2 тыс. 833 рублей до 3 тыс. 926 рублей.

 

Глава правления корпорации «Роснано» Анатолий Чубайс высказался о «тяжелых 1990-х» и прокомментировал фразу «во всем виноват Чубайс».

 

Сегодня, 2 марта, в бывшей резиденции генерал-губернаторов Восточной-Сибири, также известном как Белый дом, группа французского телевизионного канала ARTE провела съемку для программы «Приглашение к путешествию». Сюжет, который планируется к показу, носит рабочее название «По следам Михаила Строгова».

 
БайкалИНФОРМ - Объявления в Иркутске