БЛОГИ
  • Только хорошие новости: ночь с детьми в лодке, спасение углозуба и новые рейсы

    Бывают такие дни, когда сваливаются все бытовые напасти. То стиральная машинка выходит из строя, то на даче падает забор, то рвутся любимые джинсы, то грибной жульен получается невкусным. Это, конечно, такие мелочи, но когда они происходят почти одновременно, то немало выводят из равновесия или просто расстраивают. И вот ходишь и думаешь: придется теперь всю зарплату выложить на починку и покупку нового. Но проходит час, другой, к тебе подбегает, потом запрыгивает на руки любимый ребенок, и понимаешь, что все это пустое. А настоящее – оно вот здесь, сейчас – в воспоминаниях о вчерашней встрече с подругой, в игривом смехе малыша и в теплом ягодном чае, налитом мамой. И ты отпускаешь ситуацию. А чтобы закрепить результат, отпрашиваешься с работы и отправляешься на природу, скажем, в Тункинскую долину, которая уж точно за пару дней должна вернуть состояние равновесия. А с вами бывает такое? Как справляетесь? Пока думаете, расскажем хорошие новости из нашего города.

Путин прощается с первой шестилеткой

Автор: Сергей Шелин, rosbalt.ru   
08.01.2018 19:43

Режим вступает в новый президентский цикл с еще большими проблемами, чем в предыдущий. Легендарная путинская удачливость перестала работать.

До переизбрания президента РФ рукой подать. Самое время оглянуться на финиширующую путинскую шестилетку 2012-2018, которая оказалась куда драматичнее, чем любой другой отрезок его правления. Ведь следующее шестилетие так или иначе станет продолжением предыдущего.

Не надо думать, что, передавая в 2008-м регалии зицпрезиденту Медведеву, Путин уже твердо знал, что заберет их обратно в 2012-м. Возможно, он предполагал побыть фактическим первым лицом и при втором медведевском сроке.

Но события приобретали в его глазах все более рискованный оборот. Сколько-нибудь целеустремленной оппозиции ни в верхах, ни в низах не возникло, однако отношение народа к властям начиная с 2010-го быстро ухудшалось.

Довольно плохо было в экономике, нервно в руководящем кругу, тревожно в международных делах. Медведев старался держаться в коридоре, указанном вождем, но у него не очень получалось. Видно было, что в критический момент он может дать слабину, а то и предпринять какие-то либерализаторские шаги.

Решив снова взять все рычаги, Путин, конечно, не стал заранее раскрывать народу свои планы. Его предвыборные заявления и статьи начала 2012-го, при всей их расплывчатости, предвещали нечто умеренно прогрессивное и даже, пожалуй, нацеленное на небольшое отвинчивание гаек.

Подлинные приоритеты, конечно, были другими. Дисциплинировать народ запретами всего подряд и пропагандой всевозможной архаики. Материально укрепить избранные сословия, долженствующие служить идеологической и организационной опорой режима («майские указы»). Резко увеличить военную мощь (гигантская программа вооружений была принята еще в конце медведевского президентства). Придумать какие-нибудь броские международные мероприятия, чтобы заставить мир с собой считаться. Триумфально провести зимнюю Олимпиаду, которую Путин рассматривал как важнейший личный проект и еще в 2007-м специально ездил в Гватемалу на сессию МОК, чтобы пробить Сочи в качестве места ее проведения.

Видимо, предполагалось, что все это, вместе взятое, подавит ростки вольнодумства и предотвратит даже малейшую возможность поворота к чему-либо, напоминающему горбачевскую Перестройку. Призрак Перестройки, понимаемой нашим руководящим кругом как нечто абсолютно невыносимое, осенял начало первой путинской шестилетки. Мероприятия властей не столько планировались, сколько импровизировались, чтобы любым способом избежать чего-то подобного.

Не думаю, что крымская экспедиция и последующая война с Украиной готовились уже в 2012-м. Ссылаются на то, что существовали заранее заготовленные проекты. Но планы сочиняются на все случаи жизни — и сплошь и рядом остаются планами. Вплоть до киевской революции конца 2013-го — начала 2014-го Москва ставила на режим Януковича и на вовлечение Украины целиком в сферу своего контроля, каковой мыслился Евразийский союз (ЕАЭС).

Не стояли в первоначальной повестке ни глубокий разрыв с Западом, ни попадание под его санкции. Не предвидели, разумеется, и падения цен на нефть. Десять лет нефтедолларового процветания убедили столпов нашей системы, что уж оно-то навсегда.

Первая четверть путинской шестилетки прошла вполне в русле первоначальных намерений и именно поэтому лавров режиму не принесла. Вал запретов, показательные суды над участниками безобидных протестов, демонстративное нанесение себе ущерба, чтобы преподать урок Западу (вроде «закона Димы Яковлева»), — все это показывало интересующимся, что режим гораздо сильнее любых своих критиков, однако народных симпатий ему не прибавляло. К началу 2014-го, как и двумя—тремя годами раньше, примерно треть россиян не боялись сообщить опросным службам, что критически относятся к правлению Владимира Путина.

Но потом все стало меняться. Начало положило плановое мероприятие — Сочинская олимпиада. Она выглядела как блестящая победа. А сразу за ней покатили события, мало кем ожидавшиеся. Крым. Война за Донбасс. Санкции и гордые контрсанкции. Скепсис, еще недавно такой заметный в массах, сменился экзальтацией.

И вот тут, поскольку я не ученый-политолог, позволю себе совершенно ненаучное рассуждение. Хэштег #Путинопятьвсехпереиграл имел глубокий смысл. Еще и слова такого — «хэштег» — не было в обиходе, а тезис работал. Полтора десятка лет Владимир Путин действительно был исключительно удачлив. Все оборачивалось в его пользу. Мировые вожди перед ним пасовали. В казну рекой лились нефтедоллары. Рискованные операции, вроде войны с Грузией в 2008-м, не приносили никаких проблем.

И вдруг везучести не стало. Это произошло одномоментно, 17 июля 2014-го, когда над Донбассом был сбит малайзийский «Боинг». Отказ признать вину за эту трагедию был решением, повлекшим огромные последствия. Даже в 1983-м, при Андропове, ответственности за гибель корейского «Боинга» с себя не снимали, пусть даже и не особо извинялись. А с 2014-го, с тех пор, как официальная Москва раз и навсегда объявила, что не верит в свою причастность, а остальное человечество чем дальше, тем тверже в нее верило, возникла ситуация, которая, во-первых, с годами не может рассосаться, а во-вторых, бесперебойно работает на изоляцию России. Именно тогда символические посткрымские санкции сменились несимволическими и долгоиграющими.

Несколькими месяцами позже от проекта «Новороссия» пришлось отказаться, причем Донецк и Луганск остались вне Украины и формально вне России. Но истории, произошедшие когда-то с Приднестровьем, Абхазией и Южной Осетией, не повторились. Увековеченные Минскими протоколами «отдельные районы Донецкой и Луганской областей» стали еще одной проблемой, которая не рассасывается.

Прошедший по такому сценарию развод с Украиной стал тяжелейшей российской неудачей и обозначил фактический распад постсоветского пространства. Ведь побочный его результат — стремление Казахстана и Белоруссии отодвинуться подальше от непредсказуемого соседа. ЕАЭС, не успев окрепнуть, превратился в фикцию.

И, независимо от этого, еще одно невезение. К концу 2014-го нефть упала в цене, причем практически без надежды вернуться к прежним высотам.

Надо сказать, что во вторую Венесуэлу Россия все же не превратилась. Представления Путина о том, что в экономике и денежном хозяйстве нужно соблюдать баланс, сработали. В рамках путиномики, конечно. Привилегированные слои, кланы и ведомства сохранили свое благосостояние. Военно-охранительные траты нащупали предел возможного и уже год не увеличиваются. А на народе основательно затянули пояса, поскольку больше экономить было не на ком.

За шестилетку (2012-й — 2017-й), по приукрашенным сообщениям госстатистики, рост российского ВВП составил всего 4%, а реальные располагаемые доходы на человека снизились на 3%. Экономический вес России в мире за эти годы заметно уменьшился, хотя военная мощь и выросла. Правда, на фоне китайских, а в последнее время и американских вооружений она выглядит скромно.

Естественный спад российского населения в 2012-м, впервые за два десятилетия, приостановился. А в 2013-м — 2015-м был зафиксирован естественный рост — в общей сложности примерно на 90 тыс. Но в 2016-м и особенно в 2017-м спад (т.е. превышение смертности над рождаемостью) возобновился и за последние два года заметно превысил 100 тыс.

Назвать внутренние итоги шестилетки успешными может только телевизор.

Что же до итогов внешних, то главный из них — международная изоляция. За вычетом, правда, побед в Сирии, выгодных кому угодно, кроме России.

И еще раз сработала новообретенная неудачливость.

2016-й и 2017-й годы прошли в атмосфере скандалов вокруг предполагаемого вмешательства России во все западные выборы. Подозреваю, что вмешательства было не больше обычного, но именно сейчас попадаться на нем уж точно не стоило.

Не повезло Путину и в том, что президентом США стал Трамп, в котором он видел своего протеже да еще и не пытался этого скрыть. Теперь приходится ждать новой волны санкций, которые, возможно, и не понадобились бы американскому руководящему классу, если бы победа на выборах досталась демократам.

Плюс к тому — не вызывающее сегодня никакого удивления аннулирование сочинских побед и не имеющая аналогов по своим масштабам дисквалификация российских спортсменов. Ссылки на то, что «все так делают», не очень точны. А главное, они могли бы быть обращены в первую очередь к Китаю. Но он слишком могуч, чтобы МОК поднял на него голос, а Москва рискнула на что-то там намекать.

Теперь подступает вторая шестилетка — со всеми обременениями, полуудачами, тупиками и постыдностями, унаследованными от первой. Страна уныло идет в неведомое будущее за прежним вождем, которому как никогда нужно оставившее его везение.

По инф. rosbalt.ru

 
БайкалИНФОРМ - Объявления в Иркутске