БЛОГИ
  • Только хорошие новости: деньги для почтальона, спасение изюбренка и новые выставки в Доме Рогаля

    Что ни говори, но октябрь в этом году удивительно похож на апрель. Такое же яркое солнце, пронзительно синее небо иногда пробрасывает снежок. За октябрь зима пыталась наступить дважды, но сдалась под напором обаяния второго месяца осени. Выпавший снег везде растаял – и не только в городе, но и в парках, на дачах. По утрам с крыш падает капель, птицы бойко оккупируют березу у окна, ее ветки такие же голые, как в апреле, вот только почки не набухают. Конечно, это все обманка и уже через несколько дней завьюжит-заметет, но все равно, согласитесь: мы живем в солнечном городе, где ровно полгода стоит тепло (иногда с перебоями, но куда без них). У нас нет сумасшедших ветров, затяжных дождей и рядом Байкал – место, куда стремятся попасть даже из-за границы. А мы можем съездить туда на пару часов после работы. Поэтому давайте ценить то, что есть. И, конечно же, у нас есть для вас порция хороших новостей.

Россия вслед за Беларусью идет в объятия Китая

Автор: Сергей Шелин, rosbalt,ru   
28.09.2020 10:05

Режимы наподобие путинского или лукашенковского вполне могут жить долго. Но ветер истории гонит их под зонтик дальневосточной сверхдержавы.

Россия вслед за Беларусью идет в объятия Китая

Конспиративная инаугурация минского правителя действительно комична. Но почему это признак агонии его режима? Лукашенко считает, что будет править и дальше. И, может быть, не так уж ошибается.

Рассуждения о потере легитимности и о том, что большинство белорусов отторгают этого правителя, верны. Но что мешает держать бразды даже без особой легитимности и вопреки неприязни большинства? Охранители подчиняются, аппарат кое-как работает, экономические субъекты — тоже. Попытки устроить забастовки пресечены. А к мирным шествиям можно и притерпеться.

Понятно, что вечных режимов не бывает. Но ведь до падения могут пройти еще годы и годы. Правда, западные государства одно за другим объявляют, что не признают Лукашенко законным главой своей страны. Спору нет, из этого кое-что вытекает. Однако действительно ли падение режима?

Перед глазами пример Венесуэлы. В позапрошлом году Николас Мадуро переизбрал себя на президентских выборах, результаты которых отказались признать не только западные державы, но и почти все латиноамериканские соседи. Глава оппозиции Хуан Гуайдо почти два года назад объявил себя временным президентом, и пятьдесят государств признали его таковым. Светлана Тихановская может об этом только мечтать. Ее принимают в хороших домах, но вовсе не в качестве официального лица.

Ясно, что и Мадуро не навсегда. Но случайный преемник харизматика Чавеса, человек, которого считали этаким шутом гороховым, удерживает власть уже восьмой год. Со всех сторон его шельмуют, его режим обкладывают санкциями, каждый десятый житель Венесуэлы бежал, страна гниет — а правитель сидит себе в кресле. Значит, знает какой-то секрет.

Как и правители Ирана, на которых навалилась вся экономическая мощь Соединенных Штатов. И от SWIFT их отключили еще осенью 2018-го, и большинство покупателей их нефти отвадили, а они держат хвост пистолетом и даже недавно вроде бы пытались убить американского посла в ЮАР — просто чтобы напомнить о себе.

И это ведь не весь список режимов, существующих вопреки международному осуждению. Там же и КНДР, и еще несколько. Можно укомплектовать целое общежитие. Слово «бойкот» применительно к ним приходится ставить в кавычки. Друг друга-то они не бойкотируют. И каждый из этих режимов нащупал простой способ выживания — в общем-то, один на всех.

Однако вернемся домой. Вовсе не «мюнхенская речь» Путина (2007 год) и даже не крымско-донбасская операция (2014 год) превратили официальную Россию в страну, с которой «не разговаривают». До самого последнего времени разговаривали, и еще как. Даже строили планы на радикальную перезагрузку отношений. Особенно французы и немцы.

Все изменили совпавшие, причем скорее всего случайно, белорусский кризис и отравление Навального. И сегодня наш режим впервые на грани настоящего бойкота. А может уже и за гранью, вместе с государствами, перечисленными выше. Причем вроде как сам к этому стремится.

Чему пример — соображения Владимира Путина, высказанные Эмманюэлю Макрону и изложенные газетой LeMond. Судя по тому, что ни Кремль, ни французский МИД не опровергли ни одного конкретного утверждения в материале газеты, пересказ в главных его пунктах остается принять как верный: что Навальный — интернет-баламут, шантажист и сам себя отравил, что «Новичок» может запросто сварить кто угодно, и все прочее, не менее удивительное.

До этой беседы именно Макрон был главным путинферштеером («понимателем Путина») в Европе. О том, кем он стал теперь, можно судить по официальной французской реакции на публикацию в Le Mond. Ее перевод нашими агентствами с упоминанием «разговора между двумя лидерами» и «духа открытости», скажем деликатно, неточен. Никакой «открытости» и никаких упоминаний о нашем вожде: «Диалог, который президент республики хотел бы установить с Россией, призван решать все вопросы в духе откровенности и требовательности, и он будет продолжаться в этом духе». Привыкнув к дворовому лавровско-захаровскому стилю, не сразу понимаешь, что на языке дипломатии это означает отказ общаться с главой России на том политическом языке, который он использует.

Так много об этом разговоре здесь только потому, что именно его содержание вырвалось наружу. А вообще-то, таких консультаций за последние недели было множество. И масса западных собеседников, еще недавно вполне дружелюбных, отпала тем же порядком. Их загнали в такие рамки, в которых «понимать Путина» и дальше — значило сломать свою карьеру. Если и не вся дорога в ирано-венесуэльский клуб, то уж три четверти ее пройдены за считанные дни. Самокоронованный Лукашенко пока обгоняет казенную Москву, но не так уж сильно.

Не надо только думать, что в сегодняшнем мире можно устроить для себя этакую «блестящую изоляцию», как Британия в позапрошлом веке. Она все-таки была тогда сверхдержавой. А сейчас сверхдержавы две, и если гонимый режим не может укрыться под крылом Америки, то остается только Китай.

КНДР не махала бы атомной бомбой, если бы Пекин, единственный ее торговый партнер, перекрыл ей кислород. Подсанкционные Венесуэла и Иран перенацелили свои нефтепоставки на Китай, и их правителям денег кое-как хватает, пусть даже и на собственных народах приходится экономить как никогда. Неоценим и поднятый над ними китайский политический зонтик. Всерьез ударить по этим режимам без согласия старшего брата не рискует даже Америка.

Похоже, и Москве вместе с Минском теперь придется перестать набивать себе цену и ускоренным порядком идти туда же. Пекин не увлекается благотворительностью — младшие братья должны приносить пользу. Но российская нефть (а если задаром, то и газ) ему пригодятся. Нельзя сказать, что китайская торговля с такой уж легкостью заменит России западную. За январь–июль 2020-го на ЕС приходилось 38,9% российской внешней торговли, а на КНР — 18,4%. Но кто сказал, что удовольствие «не разговаривать» с европейцами стоит дешево? Зато за спиной, на Дальнем Востоке, будет кому замолвить слово за Москву. А вместе с ней — и за Минск. Для новейшей версии лукашенковского режима тоже найдется место в общежитии помощников Китая.

Дальневосточная сверхдержава привыкла жить, не привлекая внимания к своим глобальным амбициям. Мировая империя для нее — эксперимент, притом рискованный. И вот наш режим почти созрел для того, чтобы рискнуть вместе с ней на правах младшего брата. Таких опытов над собой Россия еще не ставила.

По инф. rosbalt.ru

 
БайкалИНФОРМ - Объявления в Иркутске