БЛОГИ
  • Только хорошие новости: омуль возрождается, в небе сверкает комета, а музей зовет на выставку Шагала

    К середине лета решила, наконец, снова сесть за руль велосипеда и прогуляться по городу: посетить все закоулки и тайные уголки, а под конец устроить пикник на берегу лазурной Ангары. С велосипедом мы расстались три года назад. Тогда я на пустяковом месте получила травму, и о своем двухколесном друге пришлось забыть. Потом настало время детей, и снова было не до катаний, а теперь, кажется, пора. Да и передвигаться на небольшие расстояния сейчас лучше всего на этом виде транспорта – во-первых, так точно соблюдаешь дистанцию, во-вторых, не стоишь в пробках. Еще одно явное преимущество – поддержание спортивной формы. Поэтому, дорогие друзья, если вы давно задумывались о покупке велосипеда, но никак не решались, сейчас как раз надо решиться. А теперь – к новостям из любимого края.

Дощатый город-1

Автор: Сергей ШМИДТ, Langobard   
03.10.2013 09:53


Я хотел бы написать пару колонок про патологическое стремление иркутян к увековечиванию памяти о других иркутянах – в виде памятных досок на иркутских зданиях. Первую колонку я назову «Дощатый город 1», а вторую «Дощатый город 2».

В этой колонке будет просто история из жизни, точнее, даже будет сказать – из смерти. Или даже так – жизни после смерти.
В эпоху «застоя» начальствовал в одном из Иркутских учреждений человек, о ФИО  которого я умолчу из этических соображений. Где-то в самом начале 1980-х случилась с ним известная неприятность – он умер. Что в его случае, наверное, было даже к лучшему, ибо человек он был крепких советских убеждений, Советская Атлантида готовилась утонуть в волнах истории, что и произошло через несколько лет после его смерти – то есть он умер, не увидев всего этого позора.
Впрочем, история не о нем, а об его вдове.

Вдова была помладше супруга, полна жизненной энергии и преклонения перед усопшим. Все последующие годы она посвятила себя увековечиванию памяти о своем муже. В разные времена она терроризировала разных других директоров учреждения, в котором начальствовал покойный, а также первых секретарей горкома и обкома, председателей горсовета и облсовета, губернаторов и мэров. Итоги ее активности достаточно внушительные: железная доска на доме, где она проживала; именем покойного назвали маленькую структурку при том учреждении, где он начальствовал; ежегодно проходили специальные конференции его имени; естественно покойный был упомянут во множестве разных подарочных книг с твердыми и красивыми обложками.

Но однажды случилось страшное. До вдовы дошло, что «доска с именем мужа» отсутствует, собственно говоря, на самом здании, в котором расположено учреждение, где он начальствовал (только внутри один из кабинетов назван его именем). Она потребовала от актуального директора срочно исправить положение. Директор был новый, молодой, монументального покойника он в глаза никогда не видел (да и вообще, откровенно говоря, большинство тех, кто его видел, умерли) и он отказал вдове. Прямо заявив, что не хочет превращать учреждение в кладбище.  

Директора, впрочем, не предупредили, что он имеет дело не с тихой безутешной вдовой, а со вдовой повышенной активности. Вдова подключила все инстанции – совет ветеранов труда учреждения, советы ветеранов городские и областные, мэра и губернатора. Начальник, сообразив, в какую историю он вляпался, предложил вдове отступные – издать за счет учреждения полное собрание всех записок и писем покойного. Вдова настаивала на требовании повесить доску, присовокупив, впрочем, к своим требованиям и полное собрание сочинений. Тогда начальник справедливо обозлился и заявил, что не будет вообще ничего.  

Буря завертелась с новой силой. Совет ветеранов учреждения раскололся на две фракции. Те, кому покойник, видимо, попил крови при жизни, выступили против доски. Кто стал ветераном после его смерти – за доску. На заседания совета ветеранов можно продавать билеты. Все супермаркеты тщеславия отдыхают по сравнению с тем, что там творилось. По большому блату мне (как человеку социально любопытному) обещали устроить там секретное местечко в углу, но не решились – пощадили мою нервную систему.  

История, впрочем, неожиданно закончилась мирным образом. По крайней мере, для меня, как наблюдателя. Учреждение перевели в другое здание. И я перестал следить за развитием событий.

Но вдова-то какова? Вот это женщина. Больше тридцати лет непосильного мемориального труда. Да другая бы за это время имя покойного супруга забыла. Я всем своим женатым друзьям сразу так и сказал: вдову надо воспитывать заранее. А то помрешь и забудут о тебе тут же.

Итак, это была история о памятной доске, которой не случилось. Продолжение следует в колонке «Дощатый город-2», которую можно будет прочитать через неделю.
 
БайкалИНФОРМ - Объявления в Иркутске