БЛОГИ
  • Только хорошие новости: нерпа больше не краснокнижная, спасение пенсионерки на Якоби и сюрпризы от музеев

    Наступила последняя пятница ноября. Пролетят выходные – а там уже и праздничный декабрь. Оставшиеся деньки последнего месяца календарной осени примечательны двумя событиями. Первый – это самая большая распродажа в году, «Черная пятница». Для шопоголиков она – очередной повод облегчить кошелек, а для людей менее подверженных зову красных ценников – просто возможность купить давно необходимую вещь с хорошей скидкой. Но если вы категорично не хотите принимать участие во всем этом ажиотаже, то тоже хорошо: последняя пятница ноября – это еще и Всемирный день отказа от покупок. Такой вот парадокс. Второе важное событие – День матери, 29 ноября. Игнорировать его решительно нельзя. Найдите в этот день время, чтобы заглянуть в гости к мамам, поздравить их, или хотя бы позвоните. А теперь мы расскажем о хороших новостях нашего края.

В большой околополитике вот уже неделю творится переполох. Впервые на моей памяти подобный переполох связан с изменениями в руководстве одного отдельно взятого региона, который не Москва, не Петербург, не Крым и не Чечня, а самый, что ни на есть рядовой российский регион. В данном случае – скромная Тульская область.

 

Всей политизированной публике города И. прекрасно известно, что веселящая публику информационная война между Следственным управлением Следственного комитета по Иркутской области, с одной стороны, и даже не высоко, а высочайшепоставленными чиновниками областной администрации, с другой, вышла на минувшей неделе на новый уровень - с задержаниями, обысками и фактическими допросами в формате собеседований.

 

Это последняя моя колонка в уходящем году. Пожалуй, обойдусь в ней без обычных «итогов года» и новогодних поздравлений, и вот почему.

В минувшую субботу исполнилось 190 лет восстанию декабристов. Формально это восстание может быть отнесено к категории т.н. «дворцовых переворотов», многие историки дореволюционной России так его и интерпретировали. Однако, в отличие от переворотов, оно имело слишком открытый характер – противостояние на Сенатской площади – а уж по своим последствиям в виде влияния на общественную мысль с дворцовыми переворотами просто несопоставимо.

 

В Законодательном собрании Иркутской области продолжается процесс принятия регионального бюджета на 2016-й год. Процесс имеет довольно публичный характер. Все интересующиеся политикой граждане в курсе, что в бюджете все сокращается и уменьшается. Некоторые ехидны рассуждают: «На выборах нам рассказывали, что, если сокрушить власть коррупционную и установить власть народную, то на все будет хватать денег, ведь никто не будет обворовывать областной бюджет. Почему же при народной власти денег не хватает даже на то, на что их хватало при власти коррупционной?»

 

 

Знакомый сравнил выборы мэра в Иркутском районе с войной СССР с Японией после того, как закончилась главная война – Великая Отечественная. Я не сразу понял сути им сказанного. Даже попросил разъяснений. Он имел в виду, что «главной войной» в области были все-таки губернаторские выборы, а выборы в Иркутском районе это такой «довесок», на который не все обращают внимания и о котором большинство уж точно ничего помнить не будет.

 

На рассказе о поводе, который подтолкнул меня к написанию этих заметок, мне совсем не хотелось бы останавливаться. Скажу только, что сочиняю я их не от балды, а от того, что ровно неделю назад (в день первого серьезного гололеда в Иркутске) довелось мне стать клиентом нашей травматологической медицины.

 

Судя по всему, мысль поискать на просторах Сибири «античность» впервые пришла в голову Петра Петровича Семёнова-Тян-Шанского. Знаменитый путешественник и географ, готовясь к прославившей его экспедиции в Среднюю Азию, провел зиму 1856-1857 гг. в Барнауле. По итогам зимовки он вынес вердикт: «Барнаул был в то время, бесспорно, самым культурным уголком Сибири, и я прозвал его Сибирскими Афинами, оставляя прозвище Спарты за Омском».

 

 

По итогам «великой сентябрьской революции» в Иркутской области происходит большая перезагрузка областной власти и малая перезагрузка власти в городе И. Если мэрия однозначно делает ставку на профессионализм, опыт и репутацию, то областная власть не боится экспериментов – правда слегонца напоминающих банальное кумовство.

 

Еще, конечно, не вечер, но время уже далеко не послеобеденное, а у сертифицированных коммунистов, по-прежнему, ни одного портфеля в правительстве губернатора-коммуниста. Ходят экспертные слухи, что сельское хозяйство отдадут-таки внуку Ильи Алексеевича Сумарокова, самого уважаемого в области коммуниста, но является ли Сумароков-внук членом КПРФ, слухи не сообщают.

 

«Книга о выборах губернатора Иркутской области закончена, необходимо перевернуть последнюю страницу и приступать к работе», — сообщил в своей инаугурационной речи новый губернатор Сергей Георгиевич Левченко.

Однако общий интерес к состоявшимся выборам не исчезнет в ближайшее время. Результат этих выборов обновил интерес к самому феномену иркутской протестности, неудобности Иркутска для действующей власти. Даже разжег прекраснодушные разговоры об особом гражданском обществе по-иркутски. Героическая летопись иркутского сопротивления, в которой уже содержались и противостояние горожан планам «Транснефти» по укладке нефтетрубы по берегам родного Байкала, и опрокидывающее для официального кандидата Серебренникова голосование на выборах мэра в 2010 году, и очень низкие результаты для партии власти на скандальных думских выборах 2011 года, пополнилась новым сюжетом.

 

О чем все пишут сегодня в городе И.? Ну и я тогда о том же. Очень уж хочется побыть в большинстве, раз не удалось побыть в большинстве при голосовании во втором туре губернаторских выборов в Иркутской области.

На выборах я голосовал за проигравшего, поэтому первым делом хотел бы сказать поздравительные слова сторонникам победителя и опять же поздравительные слова сторонникам проигравшего.

 

Прежде я именовал главных претендентов на губернаторское кресло в Иркутской области так: одного «основным кандидатом», другого «основным конкурентом основного кандидата». Перед вторым туром шансы кандидатов примерно уравнялись, они теперь оба «основные», никто не рискнет поставить на тотализаторе действительно крупную сумму денег на победу одного из них.

 

Как человек, написавший в «Иркутскую Tорговую газету» более двух сотен колонок, я, пожалуй, могу позволить себе некоторое самоцитирование, что, конечно же, не является для колумниста поступком благородным.

 

На следующей неделе в Иркутской области губернаторские выборы. После 14-летнего перерыва. Не грех немного порассуждать о политике.

 

Давным-давно появились блоги. Потом появились социальные сети, которые сделали с блогами примерно то же самое, что блоги сделали с т.н. «традиционными медиа». Так вот когда начались, а позже усугубились весь этот бардак и неразбериха, публичные политики разделились на тех, кто пошел блогерствовать и фейсбучиться (так сказать, «с народом»), и тех, кто не стал этого делать.

 

Чем ближе 13 сентября (единой день голосования, выборы губернатора Иркутской области, а также выборы глав регионов еще в двух десятках субъектов федерации), тем сложнее не обращать внимания на политику. И это при всем том, что избирательная кампания официально еще не началась. Страшно подумать, что начнется, когда она стартует официально.

 

Сначала цитата. Из мемуаров.

«Вскоре по прибытии в Усть-Кут я стал сотрудничать в иркутской газете «Восточное обозрение». Это был легальный провинциальный орган, созданный старыми ссыльными-народниками, но захватывавшийся эпизодически марксистами. Я начал с деревенских корреспонденции, ждал в волнении появления первой из них, был поддержан редакцией, перешел к литературной критике и публицистике. Чтоб найти псевдоним, я раскрыл наудачу итальянский словарь - выпало слово antidoto, и в течение долгих лет я подписывал свои статьи Антид Ото, разъясняя в шутку друзьям, что хочу вводить марксистское противоядие в легальную печать. Газета неожиданно для меня повысила мой гонорар с двух до четырех копеек за строку. Это было высшим выражением успеха. Я писал о крестьянстве, о русских классиках, об Ибсене, Гауптмане и Ницше, Мопассане и Эстонье, о Леониде Андрееве и Горьком. Я просиживал ночи, черкая свои рукописи вкривь и вкось, в поисках нужной мысли или недостающего слова. Я становился писателем...».

 

 

Ролан Барт родился в 1915 году и умер в 1980 году. Ролан Барт – кумир моей интеллектуальной юности. Теперь таких не делают. Ни таких, как я - периода своей интеллектуальной юности. Ни таких, как Ролан Барт.

Барт был французским интеллектуалом аналитического, а не словесно-диарейного склада. Он разбирал по косточкам (и расставлял по полочкам), как устроен мир, который мы принимаем за реальность, но который существует только в наших головах. Почему он появился в наших головах? Потому, что, как говорили классики, «жить в обществе и быть свободным от общества нельзя». После того, как Барт умер, а немного спустя умер еще один аналитический интеллектуал из четырех букв – Фуко – французская гуманитаристика перестала быть аналитической, необратимо выродилась в постмодернистский треп, а, значит, перестала быть достойной внимания всякого уважающего себя жителя сибирского города И.

 

 

Трамвай – мой любимый вид транспорта. Пожалуй, не точно выразился. Иркутский трамвай – мой любимый вид транспорта. Я прославляю иркутские трамваи при каждом удобном случае. Мои друзья шутят, что я нахожусь на секретном контракте с иркутским Трампарком, занимаюсь его, так сказать, пиаром. Это не так – не потому, что это не так, а потому, что и быть такого не может. Настоящий поклонник иркутских трамваев может любить их только бескорыстно. Любовь к трамваям не купишь.

 

 

По долгу преподавательской службы, мне несколько десятков раз доводилось читать общепросветительские лекции про Петра Яковлевича Чаадаева. В качестве приема мобилизации внимания аудитории я использовал напоминание о школьных годах, когда в число обязательных к выучиванию стихотворений входило знаменитое «К Чаадаеву», написанное «нашим всем» по поводу… «нашего всего». Я под вторым «нашим всем» имею в виду это:

«Товарищ, верь: взойдет она,

Звезда пленительного счастья,

Россия вспрянет ото сна,

И на обломках самовластья…»

(граффити молодежь напишет).

 

 

Врио губернатора Иркутской области Сергей Ерощенко триумфально лидирует на... праймериз. Со все усиливающейся частотностью местные СМИ обсыпают меня и граждан сообщениями об этом. Вот он выиграл внутрипартийное голосование «Единой России» по определению кандидатуры на пост главы региона в родном Черемхово, вот триумф в Ангарске. Сегодня «судьбоносные» праймериз в Иркутске. Завтра – важнейшие в Усть-Орде. Послезавтра – очередь Братска.

 

«В моем курчатовском детстве» (так в Иркутске говорят о своем детстве те, кто провел его на улице Курчатова) был странный человек – он жил в соседнем подъезде – у которого, видимо, не все было в порядке с головой, поскольку в летние вечера во дворе он сам себе пел странные песни. Не помню ни слова ни одной из них, кроме двух строчек, по которым вполне можно оценить уровень странности вспоминаемого мною человека и его песенного репертуара. Про одного из бесчисленных героев его песен (каких-то полярников-монтажников) пелось: «Простой советский парень, сын столяра и плотника».

 

Сергей ШМИДТ (Langobard) - колумнист Иркутской Торговой газеты

Итак, можно сказать, что «хор экспертов» не обманул. Экспертные песнопения по поводу того, что Сергей Ерощенко с благословения Путина пойдет в этом году на досрочные выборы, продолжались не менее полугода и – вот уж редкий случай! – эксперты-хоровики (и ваш покорный слуга вместе с ними) могут поставить галочку. Все сбылось. Сюрпризов не случилось - в области грядут губернаторские выборы.

 

Неисчислимое количество раз довелось за последний год услышать в Иркутске следующую вариацию модной речевой формулы: «Байкалвестком – всё!». «Всё»,- в актуальной русской речи это приличное слово из трех букв, которым модно обозначать бесславный финал чего-либо. В совсем недавнем прошлом для этого использовалось неприличное слово из вдвое большего количества букв, а теперь… теперь, как говорится, всё.

 

Когда случился «крымнаш», я думал о Байкале. Когда доллар с евро, словно первоклассники, схватив друг друга за ручки, бросились вверх по лестнице, ведущей к небесам экономического краха Путинской России, я думал о Байкале. Когда началась весна, и люди начали задумываться на тему, где бы им провести отпуск, я думал о Байкале. Я и сейчас о нем думаю.

 

 

В разговоре о местной политике, в котором активно вышучивалась тема формирования двухпартийной системы в одной отдельно взятой Иркутской области, заговорили о губернаторе, а потом стали поминать-вспоминать его предшественников. «Двухпартийность» в Иркутской области – фактическое размежевание подковерных политических сил на «партию Е» (партия действующего губернатора) и «партию Б» (партия противостоящего ему строительного бизнеса) - замечательна тем, что из двух кодовых букв складывается прекрасная аббревиатура, которой можно пополнить глоссарий иркутской региональной политологии.

 

 

Вместо эпиграфа (из книги «Мария-Антуанетта. С трона на эшафот»):

«… Аббат Жерар все же чувствовал себя обязанным напутствовать приговоренную:

- Наступил момент, мадам, когда вам надо набраться мужества.

– Оно меня не оставит...».

 

 

Я получал историческое образование в короткий, но яркий период, когда «историю отменили» - 1988-1993 гг. Советская история умерла, а антисоветская (или, скажем так – постсоветская) история еще не родилась. Например, в год, когда я окончил школу, устный выпускной экзамен по истории был заменен собеседованием на общие исторические и обществоведческие темы с комиссией, состоящей из учителей-гуманитариев. Комиссия понятия не имела, о чем можно говорить с выпускниками, поэтому со мной, например, беседовала о творчестве группы «Аквариум».

 

Сегодня 8 апреля - день рождения Вадима Мазитова. Вадику (Мазику, как называли его многие) исполнилось бы 55 лет. Даты на могильной плите – 1960-1999 гг.

Несведущих, которых ныне явно больше, чем сведущих, коротко проинформирую. Вадим Мазитов это самый известный иркутский рок-музыкант (не «выходец из Иркутска», а именно «иркутский») – самый известный за пределами своего города.

 

В Иркутске новый градоначальник. Помня о всегда завышенной роли административного начала в российской жизни, можно уверенно, из соображений объективности одной, совершенно не боясь обвинений в чинопочитании и лизоблюдстве, пафосно констатировать: открыта новая глава в славной истории города И.

 
БайкалИНФОРМ - Объявления в Иркутске