Побег от реальности: как проходит ночная жизнь Японии?
«Некоторый спад Covid-19 вернул в японскую столицу ее ночное веселье, подавляемое в течение нескольких месяцев ограничениями, призванными остановить пандемию», — пишет корреспондент Le Monde в Токио Филипп Понс.
(…) «После тревожного роста заражений (более 6 тыс. случаев в день в Токио в августе), вызвавшего переполнение больниц, волна спала (менее 100 случаев на 5 октября). Кампания вакцинации, отмеченная очень поздним и трудным стартом, тоже ускорилась: почти 70% японцев получили обе дозы. Тем не менее эксперты предупреждают о возобновлении заражений с наступлением зимы», — говорится в статье.
«С экономической точки зрения, главными жертвами режима чрезвычайной ситуации в 2020 году стали бары и рестораны. Последний режим ЧС, вступивший в силу в июле, запретил им подавать спиртные напитки и потребовал их закрытия в 20:00. Такие меры соблюдались с переменным успехом: согласно августовскому опросу ежедневной газеты Mainichi, 40% столичных заведений игнорировали их, а те, кому это под силу, предпочитали платить штраф и продолжать предлагать алкоголь», — отмечает автор статьи.
«Как и повсюду, алкоголь развязывает язык и устраняет иерархию. Тем более в таком формалистическом обществе как Япония. Вечером падают маски и «образцовый» сотрудник теряет свою непоколебимость», — указывает Понс.
«Опьянение извиняет почти все. Пьяница — это «беглец от жизни», говорил по-французски один друг-японец, который в тот вечер как следует напился. Подобная формулировка с бодлеровскими акцентами отражает то, что думают многие его соотечественники, которые чаще всего снисходительны к таким «беглецам от жизни». Их скорее игнорируют, нежели сдерживают, даже если они, пошатываясь, обругивают прохожего или мочатся в каком-то углу. Дрейфующего и находящегося в бреду пьяницу, которого поддерживают его слегка подвыпившие друзья, отчитывают полицейские, пытающиеся посадить его в такси или поезд — в этом случае он рискует рухнуть во весь рост на скамейку и доехать до конечного пункта, не осознавая, что он пропустил свою станцию. Возвращаться будет слишком поздно, и в лучшем случае он окажется в сауне, открытой на всю ночь», — продолжает журналист.
«Алкоголь помогает снять дневной стресс, однако опьянение не обязательно является тем, чего хотят достичь клиенты бесчисленных небольших баров и таверн, где подают спиртные напитки и простые гарниры. В этих номиях (в дословном переводе «питейных лавках») люди хмелеют и от интересных историй. Бар, словно маяк в ночи, является остановкой на пути домой или этапом, начальной или конечной точкой для ночной прогулки», — пишет Le Monde.
(…) «Владельцы, и прежде всего владелицы баров, которых намного больше, чем мужчин в этой профессии, умеют выслушать тяжелые признания заблудших душ, которым некому довериться. Не первой молодости, зачастую имеющая за плечами непростую жизнь, но поочередно игривая, ласковая, терпеливая и понимающая мама-сан является выдающимся женским воплощением японской ночной жизни», — указывает издание.
«В большинстве случаев именно жизненные невзгоды заставили их открыть бар. Мужчины иногда выбирают подобный вид деятельности, чтобы избежать ограничений работы на предприятии. Так было с писателем Харуки Мураками, который в начале взрослой жизни открыл свой небольшой джаз-бар: он любил джаз и не хотел подчиняться. Он предпочитал оставаться на окраине мира «как надо». Позднее он обнаружил в себе писательский талант», — напоминает автор публикации.
«В одиночку или в компании мужчины и женщины приходят в номию не столько для того, чтобы напиться, сколько для того, чтобы расслабиться, поболтать с владелицей или соседом по стойке, пользуясь свободой случайной встречи, которая, как известно, вряд ли повторится снова. Большинство клиентов являются завсегдатаями. Некоторые настолько привязаны к своему маленькому бару, что скидывались и вносили деньги во время режимов чрезвычайной ситуации, чтобы тот выжил. Им там полагается своя бутылка, а гортанное приветствие «добро пожаловать!» от хозяина или хозяйки дает понять, что их там всегда ждут», — описывает журналист.
«Деревянная стойка, отполированная прикосновением множества рук, пропитанная их «грязью», если использовать образ японского автора Дзюнъитиро Танидзаки, упоминавшего ее в своей книге «В похвале теней», является одной их привлекательных черт номий, от посещения которых уже на протяжении нескольких дней снова получают удовольствие многие японские женщины и мужчины. Они празднуют встречу после разлуки, чокаясь бокалами, пивными кружками и стопками для саке с громким призывом «кампай!» («пей до дна»), — резюмирует Филипп Понс.
Ещё кое-что о коронавирусе:
Перевод
Иркутянка Юлия Кошкина попала в музыкальное шоу Первого канала «Голос». Она стала последней участницей команды Пелагеи.
Скончался композитор, автор рок-оперы «Братская ГЭС» и гимна Ангарска, руководитель рок-группы «Баргузины», певец и музыкальный педагог Евгений Якушенко.
Отец гимнастки Лалы Крамаренко высказался о манере работы главного тренера сборной России по художественной гимнастике Ирины Винер-Усмановой.
Анастасия Шубская — жена Александра Овечкина, нападающего и капитана клуба Национальной хоккейной лиги (НХЛ) «Вашингтон Кэпиталз», рассказала как к ним на виллу забрался енот. Зверек буквально обворовал семью хоккеиста — утащил соску его маленького сына Ильи.
22-летняя модель из США Камила Эль потратила 198 тысяч долларов (14 миллионов рублей) и обеспечила роскошную жизнь любимым питомцам. У нее живут три кошки и собака.