Блогеры про жизнь, хипстеров и большие науки
Высказавшись о выборах, иркутские блогеры писали о привычном: темы возраста, кризиса его же, вегетарианстве и кабаках.
Между глыб.
Всегда ощущал, что принадлежу к некому поколению-прокладке. Да-да, именно так. Поколение — прокладка между каменной толщью советских и океанической мощью постсоветских (несоветских) поколений. Первичная социализация — советская, вторичная социализация — постсоветская (как умно и правильно определил специфичность этого поколения-прокладки М.Я.).
В силу этой «прокладочности» имеешь возможность довольно близко коммуницировать с теми, кто сверху — советскими. И с теми, кто снизу — постсоветскими. Имеешь возможность сравнивать с близкого расстояния.
И потому хорошо видно, насколько лишены естественности, насколько внутренне изломаны, изорваны, искручены и постоянно напряжены те, кто сверху — по сравнению с естественностью, хотя, увы, и с простотой (нередко переходящей в примитивность) тех, кто снизу.
про одну вегетарианскую даму
В нашем подъезде живет тётенька, которая ничего не кушает. Мало того, что мяса совсем не ест, так еще и периодически вообще голодает. Она и всех, кто убежать не успеет, старается приобщить к своим взглядам на питание. Попытался с ней спорить.
— Если всё время недоедать, мозг же страдать будет. При умственных нагрузках мозг потребляет до 25% всех ресурсов организма. Если ему нужных ресурсов не давать, сознание просто откажется работать так, как надо. Понимаете?
— Нет, не понимаю.
Чёто ржу.
когда усталая подлодка из глубины идет домой
Транспортный космический корабль «Союз ТМА-08М успешно вернулся на Землю. Трое космонавтов — Павел Виноградов (это был его третий полет), Александр Мисуркин (впервые в космосе) и американец Кристофер Кэссиди (вторая миссия на МКС) проработали за пределами Земли 167 суток. Посадка прошла в штатном режиме. Сели, как водится, в Казахстане, к юго-востоку от Жезказгана (в советские времена город называли Джезказган).
Каждый раз, когда дело идет к посадке, переживаешь за экипаж. Все-таки динамические операции в полете — штука опасная. Несмотря на то, что на «Союзах» люди успешно возвращаются из космоса вот уже 42 года подряд (после разгерметизации «Союза-11» летом 1971 года). К счастью, все хорошо.
Можно поздравить мужиков с успешным завершением полета.
…
Сегодня ехала по Байкальскому тракту, распевала Боба Дилана и, глядя на все эти березки (русский человек всегда что-то чувствует, глядя на березки, ну вы в курсе) почувствовала, как осень кладет мне плечо холодную лапу.
Три года назад мы с Колей Рютиным летели в Листвянку по опадающему тракту и жизнь казалась очень безвовзратной. Как же я все-таки обожаю драму, аж до неприличия! «Что же делать актрисам если музыканты не любят актрис?»
Все это мелочи: я достала из шкафа ботильоны и шарфики, грунт в Пивоварихе становится чавклым, дома в ход пошли носки, благовония из дацана и обогреватель, даже унылые выборы — и те прошли. Я слышу умирание времени года и начинаю впадать в анабиоз. Мне мерещатся снежинки под фонарями и рождественские глиняные подсвечники. Я начинаю парить кабачки, читать стихи вслух со стульев, и подпольно почитывать Бродского и Довлатова. У меня мерзнут пальцы и добреет кот. Волосы снова становятся рыжими, а время — неуловимым.
Удивительно состояние между сагановской грустью, ремарковской тоской и чеховской тоской.
Просто с этим 2013 все уже ясно, а год Змеи кончится ой, как не скоро, а мы с Чичигиной уже чуть ли не тесто готовим к обряду Дугжууба. Год-то такой, что не отмолишься, не открестишься.
И нам всем срочно надо очень много глинтвейна и Чехова.
(без темы)
Когда работаешь в творческой среде, всегда есть поводы для смеха и плача. Только что подслушала диалог верстальщика с рекламным менеджером.
— Ты где был?!
— В аварию попал.
— Ну ты и нудный.
Мы до сих пор в истерике.