В Иркутской области за 2020-2021 годы число сотрудников малого и среднего бизнеса сократилось на 7,6% – на 16,7 тысяч человек. При этом только за прошлый год в регионе на 74% выросло число самозанятых – до 46 тысяч человек. Об этом 24 мая на пресс-конференции рассказал уполномоченный по правам предпринимателей Иркутской области Андрей Лабыгин.
Он отметил, что последние два года прошли под знаком пандемии коронавируса, из-за чего некоторые бизнесы были приостановлены – по большей части, это индустрии питания и развлечения. Это наложилось на отмену популярного у микробизнеса налога на вменённый доход и введения маркировки товаров, в первую очередь, молочной продукции, что было довольно тяжело, а в новых условиях усложнилось тем, что оборудование для этого процесса импортное. Однако в целом, как показывает практика, говорит Андрей Лабыгин, малый и микробизнес оказался наиболее жизнестойким. Тем не менее, цифры всё же свидетельствуют о тревожных тенденциях.
– Несмотря на все ограничения, на 1 января 2022 года в Иркутской области число субъектов малого и среднего бизнеса (МСП) было на 1000 больше, чем на 1 января 2021 года. Это 86 тысяч субъектов МСП. Но это почти на 3 тысячи меньше, чем на 1 января 2019 года – до того, как началась пандемия, – рассказал бизнес-омбудсмен. – А вот число сотрудников за 2021 год сократилось на 5,7%, а за два года на 7,6%. То есть это, конечно, совсем не говорит о развитии бизнеса. Но вместе с тем, в Иркутской области появилось 46 тысяч самозанятых. Можно констатировать, что этот налоговый режим благоприятен для начинания бизнеса или для тех, кто ведёт совсем микробизнес.
Андрей Лабыгин обращает внимание на то, что статистика, конечно, не успевает за изменениями в мире, которые происходят быстро. Вместе с тем, в связи с ажиотажем на товары, который возник в марте после начала спецоперации на Украине, цифры отразят рост товарооборота у МСП. Но тут нужно понимать, что люди выкупили всё, что можно тогда, кроме того, деньги у покупателей тоже закончатся, соответственно стоит ожидать, что теперь все показатели пойдут вниз. Сейчас очевидные жертвы санкционного давления – это кинотеатры, которым нечего показывать.
– Сложно сейчас чётко ответить на вопрос, как мировые события повлияли на бизнес, потому что мы живём на товарных запасах, которые у нас есть. Сейчас только-только отголоски проявляются. На Урале, например, коллеги говорят о том, что уже возникают сложности, связанные с вопросами импортозамещения. Мы пока ещё не чувствуем этого, – говорит Андрей Лабыгин.
Также сложно делать прогнозы о состоянии МСП даже к концу 2022 года. Правительство и федеральное, и региональное предпринимают усилия макроэкономического характера, но что будет дальше и в какую сторону качнутся весы, говорить невозможно, отмечает бизнес-омбудсмен: слишком много быстросменяющихся обстоятельств, которые не может участь ни одна теоретическая модель.
— Санкционное давление как моментально возникло, так может и исчезнуть. Наша задача сейчас – сигнализировать власти, что может быть негативное развитие ситуации, и надо быть к этому готовыми, – считает уполномоченный.
Поддержкой для малого бизнеса может быть льготное налогообложение по УСН. Дело в том, что в Иркутской области установлены самые высокие ставки, предусмотренные Налоговым кодексом РФ – это 15%, если объектом налогообложения являются доходы, уменьшенные на величину расходов, 6%, если объектом налогообложения являются доходы. В это время в соседних регионах они либо самые минимальные, либо снижены. Но понимания в этом вопросе с областной властью пока достичь не удаётся.
– Со стороны правительства Иркутской области есть аргументация, что возникнет слишком много выпадающих доходов и что когда будет спад, тогда и будет помощь. Бизнес со своей стороны уже сейчас обращает вниманием на общие сложные тенденции.
Государство предлагает лишь льготные кредиты, помощь в продвижении – это всё возвратное, а в нынешней ситуации сложно просто заработать, а тем более, чтобы кредит отдать. Бизнес просит уменьшить налоговую нагрузку на это время, пока все как пружины сжались в ожидании дальнейшего развития ситуации, – говорит Андрей Лабыгин.
Он отмечает, что часть федеральных экономистов придерживается философии, что малому бизнесу вообще не надо помогать, чтобы выжили самые предприимчивые. Но по мнению бизнес-омбудсмена, к малому бизнесу относиться как к источнику пополнения бюджета нельзя.
– Это, в первую очередь, занятость человека. Он создаёт рабочие места, за его счёт содержится сразу несколько семей. Со стороны большого начальника кажется, что они занимаются какой-то ерундой. Но они покрывают направления, куда никогда не придут большие корпорации. Они сами строят своё будущее, создают рабочие места в какой-нибудь деревне. И при этом платят налоги. Эти предприниматели ничего не требуют от государства, никакой инфраструктуры. Давайте им поможем. В бюджет Иркутской области от них поступает всего 4% об общего объёма налогов, давайте зальготируем, пусть они платят 3%. Ничего ужасного не произойдёт для бюджета, это погрешность. Но это поддержка почти 30% трудозанятого населения, – заключил уполномоченный по правам предпринимателей в Иркутской области.
Напомним, ранее Андрей Лабыгин озвучил топ-10 проблем местного предпринимательства. Это налоговая нагрузка, кадастровая оценка, маркировка товаров, госзакупки, КНД и уголовное преследование, тарифы на электроэнергию и ТКО, торговые надбавки на товары, реализуемые в районах Крайнего севера, нестационарная торговля, деятельность в границах БПТ, недостаточность мер поддержки.
